Почему отдать орган – это очень по-еврейски, объясняет наш исторический корреспондент.

В эту субботу во всех синагогах мира будут читать отрывок «Трума» из Пятикнижия Моисеева, повествующий о начале строительства Переносного Храма. Но даже его название непросто поддаётся переводу с иврита на другие языки. Переводчики на русский предлагают в качестве соответствующего аналога и простые варианты: «взнос» или «пожертвование», и более сложные: «доброхотный дар» или «возвышающее приношение». И все они в принципе подходят, но ни один из них не объясняет в полной мере значения слова «трума».

Признаюсь, я тоже долго ломал голову над этим вопросом, пока не вспомнил, как в конце января оказался в Иерусалиме на мероприятии, организованном в честь внесения в Книгу рекордов Гиннеса установленного в Израиле нового мирового достижения: с 2010 года по сегодняшний день 2039 евреев пожертвовали свою почку для пересадки совершенно незнакомым им людям. Еще раз – не нуждающимся в этом близким родственникам. И не продали почку для пересадки за деньги, хотя среди доноров наверняка были совсем небогатые люди. А просто подарили свою почку незнакомым людям, исходя из того, что они, будучи здоровыми людьми, смогут прожить ещё многие годы и с одной почкой, но зато этим своим даром спасут жизнь другого, пусть и совершенно незнакомого им человека, и таким образом выполнят заповедь «возлюби ближнего своего, как самого себя».

И вот такой акт и называется в иврите словом «трума», а сами доноры, соответственно, «тормим» – теми, кто способен на подлинный альтруизм: на передачу в дар самого ценного, что у них есть, без расчета на какую-либо награду – просто из любви к творениям и их Творцу. И последний аспект – осознание угодности твоего поступка Небесам – в данном случае крайне важен. И неслучайно более 95% из этих альтруистических доноров составляют глубоко религиозные евреи. А поскольку на мероприятии доноров рассаживали по месту жительства, то по ним можно было изучить всю географию еврейских поселений Иудеи и Самарии, которые в массе своей также населяют религиозные евреи.

Я прекрасно понимаю, что на такие альтруистические поступки способны представители всех народов. Но ни в одной стране мира их количество даже не подошло ещё к отметке в 2000, хотя по численности населения Израиль в десятки раз уступает России, США и многим другим странам. Так что новый мировой рекорд, согласитесь, очень много говорит и о евреях, и об Израиле.

Сам же отрывок «Трума» начинается со слов: «Всевышний сказал Моисею: “Скажи сынам Израиля, чтобы они взяли для меня возвышающее приношение. От каждого человека, которого побудит сердце дать доброхотный дар, возьмите Моё возвышающее приношение”». Я привёл эти фразы в переводе Арье Ульмана, и он совсем не случайно выбрал эпитет «возвышающее», поскольку в основе слова «трума» лежит корень «рам», буквально означающий «возвышение». Отсюда становится ясно: совершая подлинно доброхотный дар, не рассчитывая ничего получить взамен – ни денег, ни почета, ни даже награды Свыше, – мы невольно возвышаемся над собственной животной природой, поднимаясь на новую ступень духовного развития. И это касается как отдельного индивидуума, так и нации в целом. Поэтому еще одним удачным вариантом перевода слова «трума» можно считать «возношение».

Любопытно, что и в сегодняшнем Израиле понятие «трума» одно из самых употребляемых. В сущности, вся страна построена именно за счёт «трумот»: больницы и школы, дома культуры и библиотеки. Исключительно за счёт «трумот» пополняется и национальный банк крови. И это при том, что к донорству в Израиле не принуждают и никто донорам крови не платит. А значительная часть израильской молодежи перед службой в армии или сразу после демобилизации посвящает хотя бы несколько месяцев бескорыстной волонтерской работе на благо общества – и это тоже называется «трумой».

И это не так просто, как кажется. Помню, какое отвращение у меня, рожденного в 1960-х годах в СССР, вызывали поначалу все эти школьные и университетские «субботники» и «воскресники». А тут речь идёт не об одном дне, а о многих месяцах бесплатного волонтерского труда. Идея, что речь идёт о возвышающем нас самих приношениях, мне просто не приходила тогда в голову.

Основную же часть отрывка «Трума» составляет перечисление тех возношений, которые были переданы евреями в качестве «трумы» на строительство Переносного Храма: золото и серебро, медь и пурпур, багряная шерсть и небесно-голубая шерсть и многое другое. Эти материалы требовались для изготовления Ковчега Завета, жертвенника, меноры и другой священной утвари Переносного Храма.

Выдающийся раввин Шимшон-Рафаэль Гирш, опираясь на труды каббалистов, в своих комментариях к отрывку «Трума» подробно разъясняет, что каждый материал, использовавшийся при строительстве Храма, был задействован совсем не случайно – его использование несло в себе глубочайший символический и мистический смысл. Такого же смысла были исполнены и любая деталь храмовой утвари, и сама архитектура Переносного Храма. А сэр Исаак Ньютон видел в Храме модель созданной творцом Вселенной.

Более того – даже расположение всех предметов в Храме несло в себе глубинные смыслы. К примеру, стол для приношения хлебов и менора располагались друг напротив друга тоже не случайно. Свет меноры символизировал тот высший Небесный свет духовности, который евреи должны были через Храм принести и в свою жизнь, и в жизнь всего человечества. Ну, а хлеб, как известно, всему голова, основа жизни и символ наших материальных потребностей. И такое расположение храмового светильника и стола для хлебов было призвано подчеркнуть неразрывную связь духовного и материального начал в нашем мире и в повседневной жизни каждого из нас.

Люди моего поколения наверняка помнят первое предложение третьей книги воспоминаний Леонида Ильича Брежнева «Целина», по которой нас заставляли писать школьные сочинения: «Есть хлеб – будет и песня». Уже в Израиле я понял, что фактический автор воспоминаний генсека Анатолий Абрамович Аграновский попросту чуть переиначил для зачина известную еврейскую поговорку: «Есть хлеб – есть и Тора, нет хлеба – нет и Торы».

Но мы всегда знали, что справедливо и обратное: «Есть Тора – есть и хлеб, нет Торы – нет и хлеба». Хлеб материальный и хлеб духовный в еврейском сознании неразрывно связаны друг с другом, как менора и стол для приношения хлебов в Храме. Так что давайте стараться почаще возвышаться над самими собой и совершать те или иные «трумот», одновременно делая чуть лучше самих себя и весь этот мир.