Гитлер на дому

За миллион евро урвали у хозяйки, еще двадцатку вбухали в ремонт. Австрии понадобилось 80 лет, чтобы превратить дом Гитлера в участок полиции.

В Браунау-ам-Инне наконец нашли применение для здания, где 20 апреля 1889 года родился Адольф Гитлер. Самый известный пустующий дом Австрии превратили в рядовое районное отделение полиции: сюда вот уже неделю как привозят балагуров, тут пишут заявления, дежурят. Власти называют это окончательным ответом на вопрос, мучивший страну почти 80 лет: что делать со зданием, которое постоянно притягивало поклонников нацизма?

Дом перестроили почти до неузнаваемости. На фасаде нет ни мемориальной доски, ни упоминания о Гитлере – только слово Polizei. Перед зданием сохранили лишь камень из бывшего концлагеря Маутхаузен с надписью: «За свободу, демократию и свободу. Никогда больше фашизма». Даже строительный мусор после реконструкции вывозили тайно, опасаясь, что неонацисты начнут разбирать его на сувениры. На реконструкцию, кстати, ушло почти 20 миллионов евро.

Решение далось Австрии непросто. Дом предлагали снести, превратить в музей или международный центр изучения ответственности за преступления нацизма. Его пытались выкупить, годами судились с владельцами, оставляли пустовать, сдавали библиотеке, школе и благотворительной организации для людей с инвалидностью. Ни одно решение не устраивало всех.

Несмотря на всемирную известность, никакого отношения к будущему диктатору дом первоначально не имел. Здание на улице Salzburger Vorstadt, 15 появилось еще в XVII веке. Это был типичный для Верхней Австрии городской трактир с пивоварней, хозяйственными постройками и несколькими съемными квартирами. В разные годы здесь располагались гостиница, пивная и жилые помещения.

В 1880-х сюда переехала семья таможенного чиновника Алоиса Гитлера. Его служба проходила буквально в нескольких сотнях метров – на границе Австро-Венгрии и Германии. 20 апреля 1889 года здесь родился Адольф Гитлер. Причем историки до сих пор спорят, появился ли он на свет в переднем корпусе здания или во внутреннем флигеле, который позже был снесен. Сам дом тогда ничем не выделялся среди остальных городских построек.

Что особенно важно – семья прожила здесь совсем недолго. Уже через несколько недель после рождения сына Алоиса перевели по службе, а в 1892 году Гитлеры окончательно покинули Браунау. Будущий диктатор практически не помнил этот город.

До 1933 года никто вообще не обращал на дом никакого внимания. Но потом Гитлер стал канцлером Германии. Нацистская пропаганда стремительно превращала любые места, связанные с жизнью фюрера, в объекты государственного культа. Его детские дома, школы, любимые кафе, даже деревья и скамейки становились частью тщательно выстроенной мифологии.

Дом в Браунау оказался идеальным элементом этой системы. После аншлюса Австрии в 1938 году судьбой дома занялся один из самых влиятельных людей Третьего рейха – Мартин Борман. Герман Геринг командовал люфтваффе, Генрих Гиммлер руководил СС, Йозеф Геббельс отвечал за пропаганду, а Борман управлял доступом к самому Гитлеру. Именно он организовал покупку здания для НСДАП. Формально владельцы получили компенсацию, но отказаться от сделки в условиях нацистского режима было практически невозможно.

Дом не стал музеем в привычном понимании: там разместили культурный центр, библиотеку и выставочные помещения, посвященные «германскому наследию». Но главное происходило снаружи. К дому начали приезжать делегации партийцев, молодежные организации, иностранные сторонники нацизма. Фотография возле места рождения фюрера постепенно становилась обязательным ритуалом. За несколько лет ничем не примечательный трактир превратился в один из символических адресов Третьего рейха.

Впервые дом очистили от нацистской символики в мае 1945 года. Вскоре силами Красной армии и союзных войск, освободивших Европу, там провели выставку материалов о концлагерях и совершенных в них преступлениях. Дом, который использовался для прославления нацистского режима, впервые стал местом его публичного осуждения.

Но после того как освободители покинули Австрию, дом оказался в странном положении. Его вернули прежним владельцам – семейству Поммер, но государство десятилетиями арендовало помещения, стараясь не допустить появления здесь музея, гостиницы или какого-либо бизнеса, способного привлечь туристов. В доме успели поработать библиотека, банк, профессиональная школа, общественные организации и центр помощи людям с инвалидностью. Последний арендатор находился здесь, кстати, почти сорок лет.

И все бы ничего, но каждое 20 апреля к дому приходилось стягивать силы полиции. Ежегодно неонацисты приносили сюда цветы, фотографировались и пытались устраивать импровизированные акции памяти.

Одни предлагали дом снести – другие отвечали, что уничтожение здания станет попыткой стереть историю. Кто-то хотел создать там музей преступлений нацизма – им противостояли те, кто был уверен, что музей только увеличит поток туристов. Появлялись десятки проектов. Среди самых известных – House of Responsibility, «Дом ответственности», где планировали рассказывать о правах человека, демократии и личной ответственности общества за появление диктатур. Но проект так и не реализовали.

Все осложнялось еще и тем, что хозяйка дома – Герлинда Поммер, внучка тех, кто владел зданием с 1913 года – отказывалась продавать собственность государству. Долгие годы это никого не волновало: австрийское МВД выступало официальным арендатором и исправно платило около пяти тысяч евро в месяц, потом уже, в свою очередь, сдавая помещения разным структурам. Но в 2011 году здание потребовало капитального ремонта. Власти хотели провести масштабную реконструкцию, но Поммер не дала на нее согласия. Договор аренды прекратился, здание осталось пустовать.

В 2016 году австрийский парламент принял специальный закон об экспроприации именно этого дома. Подобных случаев в современной Австрии практически не было. Поммер предложили компенсацию в 310 тысяч евро, и это ее возмутило: она рассчитывала минимум на два миллиона евро. В 2019 году земельный суд постановил, что справедливой была бы компенсация в 1,5 миллиона евро. Правительство обжаловало решение, ссылаясь на экспертную оценку стоимости дома в 810 тысяч евро – и напоминая, что десятилетиями выплачивало Поммер арендную плату и несло расходы по содержанию дома. В итоге Герлинда получила чуть меньше миллиона – и передала все права на дом государству.

Архитекторы кардинально изменили внешний облик дома, чтобы он перестал ассоциироваться с историческими фотографиями. Ну, а внутри теперь располагаются районное отделение полиции и подразделения криминальной полиции. Власти считают, что все это окончательно лишает дом притягательности для неонацистов. Но ряд историков все равно недовольны: они считают, что общество лишилось поводов подумать о зле нацизма.