В чём Сольд

Как Генриетта Сольд кормила голодных младенцев, вытаскивала подростков из лап нацистов – и стала «матерью всех детей».

Новый документальный фильм «Труды любви» посвящен жизни Генриетты Сольд – создательницы женской организации «Хадасса», начавшей с оказания медицинских услуг населению Иерусалима и позже выстроившей цельную систему социальной помощи в подмандатной Палестине. Генриетта смогла спасти тысячи жизней – в первую очередь детских.

Любопытно, что режиссер документалки – Эбби Гинзберг, внучка талмудиста Луиса Гинзберга, в которого Генриетта когда-то была влюблена. Несостоявшийся роман деда Эбби и героини разыгрывают актеры, записи из дневников Сольд читает бродвейская актриса Това Фелдшух. Но к несчастной любви фильм ее жизнь, к счастью, не сводит. В первую очередь перед нами Сольд предстает как феминистка и политик.

С политикой было связано одно из самых ранних воспоминаний Генриетты. Весной 1865 года в американском Балтиморе четырехлетняя девочка с плеч отца смотрела на траурную процессию в память об Аврааме Линкольне. Ее отец, раввин Беньямин Сольд, был выходцем из Венгрии и убежденным противником рабства. Генриетта была старшей из восьми дочерей. Отец относился к ее образованию так серьезно, как в те годы обычно относились к образованию сыновей. Учил ее ивриту, немецкому, знакомил с еврейскими текстами. Позже она выучила французский и увлеклась ботаникой.

В женской средней школе Генриетта была единственной еврейкой – в 1877 году она окончила ее первой в классе. Почти сразу начала преподавать – все, от французского до алгебры – в частной школе для девочек: так проработала около 15 лет. Параллельно переводила на английский отцовские проповеди, была балтиморским корреспондентом нью-йоркской газеты «Еврейский вестник», публикуясь под псевдонимом Шуламит.

После волны погромов 1881–1882 годов, прокатившейся по югу Российской империи после убийства Александра II, в США хлынули евреи из России. Еврейское население Балтимора за десять лет выросло примерно с 10 тысяч до 24 тысяч человек. Многие новоприбывшие работали на швейных фабриках восточной части города и почти не говорили по-английски.

В 1889 году Сольд предложила открыть для них вечернюю школу при Еврейском литературном обществе – кружке русско-еврейских интеллектуалов, в котором состояла сама. Днем ее ученики работали, вечером учили английский и знакомились с тем, как устроена жизнь в Америке. На первое занятие пришли 30 человек, а на следующий вечер желающих оказалось столько, что пришлось открывать второй класс. За 11 лет через школу прошло около пяти тысяч учеников, а ее опыт стали использовать и в других городах.

В статье «Россия в Америке» Сольд писала, что многим эмигрантам не нужно заново учиться жить: среди них были образованные люди, которым прежде всего не хватало языка. И прямо спрашивала, почему вечерние школы для них до сих пор не открывает сам город.

Общение с выходцами из Восточной Европы сблизило Генриетту и с ранним сионизмом. В 1893 году, за три года до выхода «Еврейского государства» Теодора Герцля, она стала одной из основательниц Сионистской ассоциации Балтимора. К этому времени Сольд уже работала в Еврейском издательском обществе Америки. Формально она числилась секретарем издательского комитета, но на деле переводила, редактировала, вычитывала рукописи и проверяла факты. Она была единственной женщиной в комитете и проработала в обществе больше 20 лет.

Сольд нередко называют переводчицей «Истории евреев» Генриха Греца, хотя точнее говорить о редакторской работе: она переработала существовавший английский перевод и составила к многотомнику огромный указатель. Через издательство она сблизилась с Луисом Гинзбергом – молодым знатоком Талмуда из Литвы на 13 лет младше нее. Сольд переводила с немецкого и редактировала его многотомные «Легенды евреев». Судя по дневникам, за годы совместной работы профессиональная близость для нее превратилась в любовь.

Но в 1908 году Гинзберг вернулся из Берлина с новостью о помолвке с молодой Адель Каценштейн. Сольд было 47. Насколько он понимал ее чувства, неизвестно. Сама Сольд горько называла себя его «интеллектуальной любовницей». Известие о помолвке стало для нее тяжелым эмоциональным ударом.

В 1909 году Генриетта вместе с матерью отправилась в долгое путешествие по Европе и Палестине. Там ее личную драму быстро заслонили новые впечатления. Медицина в Палестине была развита слабо, санитарные условия оставались тяжелыми, а среди детей была широко распространена трахома. Особенно Сольд поразил контраст между иерусалимской школой имени Эвелины де Ротшильд, где учениц регулярно осматривал врач, и улицами за ее стенами, где на воспаленные глаза детей садились мухи. Увиденное убедило ее, что здесь необходимо организовать полноценную систему медицинской помощи.

24 февраля 1912 года 38 женщин создали в Нью-Йорке отделение «Хадасса» при организации «Дочери Сиона» и выбрали Сольд председателем. Через год в Иерусалим отправились две американские медсестры – помогать роженицам и бороться с трахомой. В 1918-м прибыл уже целый медицинский отряд. Из этих начинаний выросли клиники, больницы и первая школа медсестер.

В 1920 году, почти в 60 лет, Сольд сама переехала в Палестину и занялась организацией медицинской работы уже на месте. При ее участии разрозненные инициативы постепенно складывались в систему здравоохранения. В начале 1920-х в Иерусалиме заработали станции «Типат халав» – «Капля молока». Молодых матерей учили ухаживать за младенцами и выдавали им пастеризованное молоко. По Иерусалиму его развозили на ослах.

В 1931 году Сольд вошла в Ваад леуми – орган еврейского самоуправления в Палестине, – а вскоре возглавила создававшуюся при нем систему социальной помощи. По ее инициативе появились местные социальные службы и первая в Палестине школа подготовки социальных работников. Израиля еще не существовало, а часть его будущей социальной системы уже складывалась.

И все же главное дело последних лет Сольд началось, когда ей было за семьдесят. Идея вывозить еврейских подростков из Германии в Палестину принадлежала немецкой сионистке Рехе Фрайер. Поначалу Сольд считала план почти невыполнимым: шла Великая депрессия, денег не хватало, а тысячи детей в самой Палестине уже нуждались в помощи.

Все изменилось после прихода Гитлера к власти. Осенью 1933 года Сольд согласилась возглавить работу «Алии молодежи» в Палестине и поехала в Берлин готовить приезд первой большой группы. В феврале 1934-го она встретила подростков в порту Хайфы и впоследствии старалась встречать новые группы лично.

Сольд добивалась у британских властей въездных сертификатов, искала деньги, школы и кибуцы, решала, где будут жить и учиться прибывшие. К концу войны «Алия молодежи» успела вывезти из Европы около семи тысяч еврейских подростков. После войны программа приняла еще тысячи переживших Холокост.

Особое место в этой программе занимают «тегеранские дети». В основном это были польские еврейские дети, многие – сироты, которые после начала войны оказались в СССР, а затем в Иране. 3 января 1943 года 716 детей отправились от Персидского залива через Карачи и Суэц и 18 февраля прибыли в лагерь Атлит неподалеку от Хайфы. Позже через Ирак приехала еще одна группа. Всего Палестины достигли около 870 «тегеранских детей». Сольд встречала их в Атлите. Для еврейской общины Палестины это была одна из первых больших групп беженцев из охваченной войной Европы.

В политике Сольд тем временем все дальше расходилась с большинством сионистского движения. В 1942 году вместе с Иегудой Магнесом, одним из руководителей Еврейского университета, и философом Мартином Бубером она вошла в объединение «Ихуд», выступавшее за двунациональное устройство Палестины и политическое равноправие евреев и арабов. Эта позиция вызывала резкое неприятие у многих сионистов. При этом она перекликалась с принципом, которого Сольд придерживалась в медицине: помощь должны были получать и евреи, и арабы.

В конце 1944 года Генриетту положили в больницу «Хадассы» на горе Скопус. Даже из палаты она продолжала следить за делами «Алии молодежи». После краткого улучшения началась пневмония, и 13 февраля 1945 года Генриетта Сольд умерла в возрасте 84 лет – за три года до создания Государства Израиль. На похороны на Масличной горе пришли тысячи людей, в том числе ее воспитанники. Кадиш над могилой прочитал 15-летний Шимон Криц – один из «тегеранских детей».

Еще в 1941 году, выбирая место для будущей могилы, Сольд познакомилась с подростком-арабом Абедом Саидом, который помогал могильщикам. По его воспоминаниям, она попросила его присматривать за могилой и посадить рядом розмарин. Он сдержал слово. После 1948 года Масличная гора оказалась под контролем Иордании, многие надгробия были повреждены или уничтожены. После Шестидневной войны Абед вернулся на кладбище, разыскал камень с именем Сольд и установил его на место. Затем снова посадил рядом розмарин. Само захоронение к этому времени уже было перенесено вместе с останками других людей в расположенную рядом общую могилу. Абед говорил, что после его смерти обещание перейдет к детям и внукам. Сегодня семейную традицию продолжает его внук. Он появился и в «Трудах любви», а на первый показ фильма в Иерусалиме пришел вместе с дочерью. Зал встретил их стоя.