Сосед на шее

Однажды к смотрителю Стены Плача подошла молодая туристка из Польши и со слезами пожаловалась, что у неё только что украли очень дорогой фотоаппарат. Увы, в районе главной еврейской святыни нередко промышляют воришки, для которых скопление сосредоточенной на молитве толпы создаёт просто идеальные условия для «работы».

Но девушке было жалко не столько самой камеры, сколько фотографий в её памяти, на которых были запечатлены три недели её пребывания в Израиле с только-только обретенными родственниками. Смотритель разговорился с юной пани, и та рассказала, что несколько месяцев назад у неё умерла мать. Из оставленного ею предсмертного письма она узнала, что мать, оказывается, была еврейкой, а выживший в Холокосте брат матери вроде бы проживает сейчас в Иерусалиме.

«Ты должна это знать, так как по еврейским законам ты – еврейка. И, возможно, ты захочешь вернуться к своему народу и встретиться с родным дядей. Но если ты это сделаешь, заклинаю тебя: чтобы ты ни узнала, никому не мсти! И продолжай любить и беречь отца, он очень хороший человек!» – писала перед смертью мать.

Заинтригованная этими словами письма героиня отправилась в Израиль, разыскала там своего дядю, познакомилась с его детьми и внуками, которые окружили её любовью и устроили ей путешествие по всей стране. Впечатлений и так хватало, но в один из вечеров дядя рассказал, что у её бабушки и дедушки был в Польше большой дом, процветающий бизнес и пятеро детей. Дед сразу понял, какую участь нацисты готовят евреям, и подготовил надежное убежище, а запаса продуктов в нём хватило бы семье года на два, а то и больше.

Когда в город вошли немцы, то семья там укрылась. Но соседи-поляки каким-то образом узнали об убежище и донесли немцам. Когда нагрянули нацисты, младшая дочка – мама нашей героини – тихо спала. И немцы чудом её не заметили. А всех остальных забрали в концлагерь, в котором смог выжить только недавно обретенный дядя.
– Ну, а соседи после этого завладели нашим домом и магазином, ради чего они и донесли немцам, – продолжил рассказ дядя. – Я, кстати, 15 лет назад посетил Польшу и видел, что они по-прежнему живут в нашем доме и заправляют нашим магазином. Говорить с ними мне было не о чем, но я сделал с довольно близкого расстояния их фотографии. Вот, посмотри!
Девушка взглянула на фотографии и увидела на них… своих деда и бабку со стороны отца! И в этот момент она поняла, почему мать так просила её никому не мстить и продолжать любить отца.

А вспомнилась мне эта история потому, что на этой неделе во всех синагогах будут читать библейский отрывок «Бо», повествующий не только о великом Исходе евреев из Египта, но и об обрушившихся на египтян последних казнях. Сначала невиданное прежде нашествие саранчи опустошает всю растительность на полях, потом на Египет опускается какая-то ирреальная кромешная тьма, а затем во всех египетских домах начинают умирать первенцы – старшие сыновья. То есть те, в которых родители видели свою опору и наследие. Помнится, как один мой знакомый из «прошлой жизни», узнав об этом, восклицал:
– То есть умирали ни в чем не повинные люди, включая детей?! Какой же бесчеловечный у вас Б-г!

В ответ мне пришлось ему напомнить, как по приказу фараона убивали всех новорожденных еврейских младенцев. И рядовые египтяне не только не возражали против этого повеления, но сами же ревностно его исполняли. А кто идёт на злодеяния подобного масштаба, должен понимать, что за него рано или поздно придется заплатить по принципу «мера за меру». И это правило верно не только по отношению к отдельным людям, но и по отношению к целым народам. И если внимательно приглядеться, то можно узреть, что именно этот принцип реализуется на протяжении всей истории человечества.

И когда некоторые мои друзья из Европы или Штатов разглагольствуют о «невинных жертвах» войны в Газе, среди которых, мол, совсем неповинные «мирные жители сектора», включая женщин и детей, мне остается в ответ лишь напомнить, как 7 октября 2023 года толпа зверей в человеческом обличье ворвалась в Израиль, убивала, жгла, насиловала и издевалась над женщинами и детьми, а затем угнала их сотнями в плен. И когда эти пленники были доставлены в Газу, то на улицах их встретила изрыгающая ненависть толпа местных женщин и детей, празднующих резню евреев.

Но даже при этом, войдя в Газу, наши сыновья ни в коем случае не убивали намеренно женщин и детей. И уж точно никого не насиловали, не выкалывали глаза, не отрезали органы и не жгли младенцев в микроволновке, в отличие от вторгшихся в Израиль варваров из Газы. Так что обрушившиеся на Газу казни пока даже ещё не дотянули до «меры».

И примечательно, что в обсуждаемом библейском отрывке предписывается помнить не только о самом Исходе из Египта, но именно об этих обрушившихся на египтян карах. «Расскажи сыновьям своим и внукам, как покарал Я египтян. Расскажи им о Моих знамениях, которые Я свершил, дабы познали вы, что Я – Всесильный!» – наставляет Всевышний прямо в самом начале этого отрывка Моисея.

Выдающийся мыслитель нашего поколения, к сожалению, уже покойный раввин Джонатан Сакс, комментируя этот отрывок, неожиданно задался вопросом: а зачем нам, собственно говоря, об этом помнить? Что это нам должно дать? И дальше он объяснил, что с философской точки зрения существует два основных способа осмысления исторических событий: «жить во времени» и «жить со временем».

Казалось бы, это почти одно и то же – разница лишь в предлоге. Но на сущностном уровне это принципиально разные идеи. «Жить во времени» – это вновь и вновь переживать трагедии прошлого, примеряя их на себя и горя вечной жаждой мести к тем, кто причинил нам такие страдания. А вот «жить со временем» – значит, примеряя прошлое на себя, извлечь из него уроки и сделать всё, чтобы такие трагические события истории никогда не повторились.

И по мнению раввина Сакса, с которым я в данном случае не совсем согласен, надо «жить со временем», а не «во времени», поскольку месть нельзя переносить на следующее поколение наших убийц и гонителей. И подтверждение этому своему выводу он видит в содержащихся в этом же отрывке словах о равенстве перед законом евреев и неевреев: «Пусть будет один закон у вас и для коренного, и для живущего средь вас чужака», – касающихся на тот момент прежде всего вышедшего вместе с евреями из Египта изрядного количества египтян.

«У евреев было немало поводов ненавидеть египтян, но, как мы видим, в Пятикнижии не предписывается нам ненависти к ним», – резюмирует раввин Сакс. Видимо, этой же логикой руководствовалась и мать героини нашей истории, когда заклинала дочь никому не мстить и не отказываться от отца, являющегося сыном убийц её семьи. И именно этой логикой руководствуется сегодня Израиль, действуя в Газе.

Лично у меня далеко не всегда получается «жить со временем», а не «во времени». Наверное, дело в том, что с тех пор, как нацисты уничтожили всю семью моей бабушки, прошло не так уж много времени. А за эти годы появилась и новая боль, и новая горькая память.

Но главное – мы продолжаем помнить и передавать эту память дальше. И можно не сомневаться, что и через сто лет, и через двести евреи будут сидеть за пасхальным столом и рассказывать «сыновьям своим и внукам о всех деяниях и знамениях, которые совершил Всевышний в Египте».

А история с потерянной камерой закончилась вполне благополучно. Одна из промышлявших у Стены Плача профессиональных нищенок, услышав об этой истории, разыскала вора и выкупила у него для девушки обратно фотоаппарат. А ещё через год юная пани пригласила смотрителя на свою «хупу» – традиционную еврейскую свадьбу.