Грешницы любви

Почему еврейский Отелло никогда не задушит Дездемону – и через какие испытания проводили евреи неверных жён.

В эту субботу во всех синагогах диаспоры будут читать отрывок «Насо» из Пятикнижия Моисеева, включающий в себя великое множество тем, но по собственному опыту знаю, что любой разговор о нём в итоге неизбежно скатывается к закону о неверной жене и к унизительному, как многим кажется, испытанию «горькой водой», через которое во времена существования Храма должна была пройти заподозренная в супружеской измене женщина.
– Какое же это варварство и неуважение к женщине, – не раз восклицали мне собеседницы. – Мужчина, значит, может гулять направо и налево, а женщину по первому же подозрению и без всяких доказательств тут же силой волокут в Храм, где первосвященник срывает с неё головной убор и заставляет выпить смешанную с землёй воду! Это же дикость!

Нужно заметить, что в этих гневных эскападах немало правды, но и не меньше лжи. А самое главное – они строятся на предубеждениях, приходят к ошибочным выводам и демонстрируют полное незнание реальной жизни.

Я уже тридцать лет работаю криминальным репортером и насмотрелся за эти годы на всякое. И потому хорошо знаю, что главной причиной убийств женщин во всём мире является ревность со стороны мужа или любовника. Всё новые отелло опять и снова убивают новых дездемон. А общество при этом нередко негласно оправдывает ревнивца, возлагая вину за случившееся на очередного яго. «Ну а что ему было делать? Она же ему рога наставила!»

И если вы хоть на секунду вдумаетесь, то поймете, что дикостью как раз является всё происходящее. Дикость – это желание мужа на основе лишь подозрений, нередко беспочвенных, убить жену. А вот выдернуть женщину из этого нездорового треугольника и отправить под защиту священнослужителя в Храм, где ни муж, ни любовник её точно не убьют – это величайшая мудрость Торы. И дать супругам формализованную процедуру, которая позволит жене доказать свою верность и тем спасти брак или же даст возможность их аккуратно и без жертв развести, представляется мне куда лучшим решением, чем избранное Отелло.

Вообще же, ивритское слово «сота», которым в Пятикнижии названа оказавшаяся в такой ситуации женщина, можно перевести на русский как «сбившаяся с пути» или «заблудшая». А происходит оно от глагола «листот». Примечательно, что от него же происходит и другое очень популярное еврейское словечко «штут» – то есть «глупость» или даже «безумие». А ведь главной причиной супружеской измены, как объясняли наши мудрецы, чаще всего становится именно глупость – временное помутнение рассудка, когда ради минутных утех на кон ставится всё. И прямым следствием этой глупости может стать не просто разрушение семьи, но и убийство женщины. Поэтому слово «сота» точнее всего перевести на русский как «сбрендившая».

Любопытно, что нашедший на мужчину «руах кина» – то есть «дух ревности» – тоже сродни безумию. Вот и получается, что законы о «соте» призваны главным образом противостоять как одному, так и другому безумию, не допустив впадения сторон в крайности и помогая сохранить семью, которая у нас, евреев, всегда считалась и считается высшей ценностью.

Также надо отметить, что на практике закон о «соте» применялся крайне редко. За 400 лет существования Первого Храма число таких случаев можно буквально по пальцам пересчитать, поскольку не только супружеская измена, но и сами подозрения в измене в еврейских семьях всегда были крайне редки. К примеру, ни я, ни моя супруга не можем вспомнить, чтобы кто-то из наших родителей дал повод для подобных подозрений. И то же можно сказать и про нас с женой, и про семьи наших друзей. Это как раз один из самых характерных признаков еврейской семьи – верность и абсолютное доверие супругов друг к другу.

Примечательно, что сам этот отрывок «Насо» читается в синагогах всегда в первую субботу после праздника Шавуот, и многие выдающиеся знатоки Торы усматривали в этом высокую символику. Ведь отношения Всевышнего с еврейским народом часто уподобляют брачному союзу, и одним из условий этого союза как раз является верность друг другу. И давая нам заповедь «Да не будет у тебя других богов», Всевышний прямо обуславливает тем, что «Я – Всесильный ревнитель твой».

Конечно, брак евреев с Всевышним знавал разные времена. Как и в любой семье, между нами случались разногласия, ссоры и даже скандалы. И всё же сегодня, спустя три с половиной тысячи лет, мы можем сказать, что сумели пронести верность Ему через все испытания, а Он, даже наказывая нас, продолжал хранить свой народ.

Вслед за законами о неверной жене в этом отрывке идут законы о «назире» – человеке, который принимает на себя дополнительные ограничения. На русский слово «назир» часто переводят как «монах» или даже «отшельник», но на самом деле еврейский «назир» берёт на себя всего несколько ограничений, например, на употребление алкоголя или стрижку волос, что, конечно, несравнимо с ограничениями, которые накладываются на монахов. Но центральный момент: по окончании срока, на который он взял на себя обет, «назир» должен был принести в Храме две жертвы – благодарственную и грехоочистительную. С первой все понятно: с её помощью он благодарит Всевышнего за то, что Тот дал ему выдержать обет. Но почему от него требуется еще и грехоочистительная жертва? В чём заключался его грех?!

А в том, что Всевышний, как считали наши мудрецы, на самом деле не очень жалует аскетов. Еврей должен соблюдать заповеди Торы, а не пытаться брать на себя какие-то из ряда вон выходящие обязательства и быть «святее всех святых». Если же еврей для исправления каких-то своих внутренних качеств всё же пошёл на это, то должен потом принести грехоочистительную жертву, поскольку пренебрёг данными ему удовольствиями этого мира.

Но одна из главных загадок отрывка «Насо» находится в самом его конце, где перечисляются пожертвования, которые поочередно приносили главы двенадцати колен Израилевых в честь освящения жертвенника Переносного Храма во время сорокалетних скитаний по пустыне. Описание этих даров занимает немало места, но дело в том, что пожертвования всех 12 колен были абсолютно одинаковыми. И 12 раз подряд в Пятикнижии повторяется один и тот же текст – меняются лишь названия колен и имена их вождей.

И у современных читателей, и у великих комментаторов Пятикнижия не раз возникал вопрос: а нельзя было привести описание первого пожертвования, которое сделал от колена Иегуды его вождь Нахшон сын Аминадава, а затем написать, что 11 остальных вождей сделали то же самое?

Мудрецы считали, что подобное перечисление потребовалось, дабы подчеркнуть равенство всех колен перед Всевышним. Попросту говоря – никого не обидеть. Но компьютерные технологии заставляют нас вновь и вновь переосмысливать понимание Торы. Думаю, любой программист вам объяснит, что почти идентичные алгоритмы, отличающиеся всего на несколько знаков, будут очень по-разному работать и дадут отличный друг от друга результат. Точно так же вроде бы совершенно одинаковые дары каждого колена от изменения его названия или имени его главы существенно меняли то воздействие, какое они оказывали в духовных мирах. Но восприятие Торы с точки зрения современных технологий – это, конечно, отдельная тема, к которой мы еще не раз вернёмся. Вот тут уж действительно есть о чём поговорить!